Может ли Китай стать сверхдержавой

Прослушать статью (бета)

Действительно ли Китай хочет быть супердержавой? В Белом доме, по крайней мере, нет сомнений в глобальных амбициях Китая. Раш Доши из Совета национальной безопасности США утверждает, что Пекин реализует свою «масштабную стратегию», чтобы «вытеснить американский порядок» и стать самой могущественной страной в мире, пишет Financial Times.

Статус сверхдержавы является источником национальной гордости и приносит значительные экономические и политические выгоды. Но это также предполагает затраты, риски и тяготы. Только на прошлой неделе девять граждан Китая погибли в результате теракта в Пакистане, стране, которая сейчас находится в зоне влияния Пекина. Призыв к репрессиям в националистических кругах Китая перекликается с реакцией США, когда террористы нападали на американцев.

Возможно, Китай разочарован из-за того, что его видение «мирового порядка» воспринимается как насилие.

Стать сверхдержавой — это сложное дело, что ставит ряд связанных между собой вопросов о возможности, намерениях и решениях. Именно в военной сфере разница между возможностями и стремлениями является самой важной. В последние годы Китай трансформировал свой военный потенциал. Сейчас китайский флот имеет больше судов, чем американский. Некоторые американские офицеры откровенно сомневаются, что США победят в битве за Тайвань.

Правительство президента Си Цзиньпина любит демонстрировать военную силу на парадах в Пекине, а в Интернете и прессе много воинственной националистической риторики. Китайские войска в прошлом году в Гималаях вступили в конфликт с Индией. Тем не менее Эван Медейрос, который работал в Белом времен бывшего президента Барака Обамы, утверждает, что непонятно, способен ли Китай взять на себя бремя глобальной военной силы по образцу США.

Китай не вел войны с 1979 года, когда столкнулся с Вьетнамом и может похвастаться своим «мирным подъемом». В отличие от США, Пекин также неохотно обещал защищать своих друзей и союзников. Пекин имеет только одну зарубежную военную базу в Джибути на востоке Африки, по сравнению с сотнями американских военных объектов за рубежом.

Если китайское правительство или народ неохотно идут на войну, это, несомненно, их заслуга. Но войны, как правило, являются средствами, с помощью которых возникают новые супердержавы и меняется мировой порядок — от Британии в 19 веке до Советского Союза и США в 20 веке.

Экономический вес Китая, как крупнейшей мировой торговой силы, дает ему значительное политический рычаг влияния на международном уровне. Страны, которые зависят от китайской торговли или инвестиций, часто неохотно конфликтуют с Пекином, что частично объясняет приглушенную глобальную реакцию на нарушения прав человека в Синьцзяне.

Но экономическая сила Пекина не всегда политически определяющая. Хотя Китай стал крупнейшим торговым партнером Японии, Южной Кореи и Австралии, эти страны иногда бросали вызов Пекину. Южная Корея разрешила США разместить на своей территории систему противоракетной обороны, Япония отказалась уступать в территориальных спорах, Австралия разозлила Пекин, призывая провести расследование происхождения COVID-19.

Япония, Южная Корея и Австралия — это демократии, которые с осторожностью попадают в политическую орбиту авторитарного однопартийного государства. Они также являются союзниками США и имеют американские военные базы на своей територии- что может предоставить им уверенность в наступлении против Китая.

Пекин иногда намекает, что полагаться на гарантии безопасности Америки нельзя. Но доверие к системе альянса с США разрушится только в том случае, если Вашингтон не сможет вмешаться после нападения Китая на американского союзника. Пока нет реальных доказательств того, что Китай готов пойти на этот риск — даже с Тайванем, который не имеет однозначной гарантии обороны США.

Вместо того, чтобы пытаться подорвать глобальную сеть союзов и баз Америки, Китай мог бы попробовать создать собственную альтернативную систему. Раш Доши утверждает, что Китай готовится расширить глобальное военное присутствие — возможно, добавив военный компонент, наряду с гражданскими портовыми объектами, которые он покупал или развивал во всем мире.

Но это расширение, хотя и правдоподобное, еще не произошло. Даже если бы Китай начал развивать морское присутствие в таких портах, как Гвадар в Пакистане или Гамбантота на Шри-Ланке, кажется маловероятным, что Пекин предложит гарантии безопасности, которые в свое время позволили многим странам принять американские войска и базы. США готовы защищать союзников по НАТО, а также предложили военную защиту примерно еще 30 странам, включая Японию, Австралию, Южную Корею и большую часть Латинской Америки.

Если Китай не желает или не может достичь глобального военного присутствия, которое конкурирует с американской силой, ему, возможно, придется найти новый способ быть супердержавой — или отказаться от собственных амбиций, резюмирует издание.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.